-- Ваша светлость, умоляю вас, не пейте этого вина! -- вскричал доктор. -- Я не отвечаю за вашу жизнь, если вы меня ослушаетесь. Это вино обратит горячку, сжигающую вашу кровь, в неизлечимое безумие. А ты, Андреини, -- продолжал он, бросая на слугу угрожающий взгляд, увидев, что принц не слушает его слов, -- ответишь герцогу, моему господину, если с принцем случится несчастье.
-- Я знаю только одного господина, принца Винченцо, signor medico, -- высокомерно отвечал Андреини. -- Но добровольно подвергнусь какому угодно наказанию от твоего господина, если мое вино не принесет принцу больше пользы, чем все твои вонючие микстуры.
-- Оставайся здесь, Андреини, -- сказал принц, отдавая слуге пустой бокал. -- Она одна? -- спросил он, понижая голос.
-- Одна и спит глубоким сном, -- отвечал Андреини. -- Я взял у нее ее кинжал, -- прибавил он, кидая на принца многозначительный взгляд. -- Пчела теперь без жала.
-- Принц! -- вскричал доктор, бросаясь на колени перед Винченцо и хватая его за платье. -- Я знаю ваши намерения. Я видел это несчастное создание, которое вы хотите обесчестить. Я слышал ее жалобы и стоны, она вас не любит, она любит другого.
-- Прочь! -- крикнул Гонзаго, вырываясь из рук доктора.
-- Сжальтесь! Не совершайте этого низкого поступка. Эта девушка спит. Питье, которое я дал ей, сильно наркотическое. У нее нет даже сил для защиты, для слез и криков.
-- И стали тоже, -- прибавил с усмешкой Андреини, отталкивая сострадательного медика.
-- Пресвятая Дева! Сжалься над ней! -- вскричал тот, падая на колени.
-- Жди меня в этой комнате, -- сказал принц своему слуге, -- и смотри, чтобы этот человек не ушел отсюда.