-- А ты не любишь скромности?-- улыбнувшись, спросила она.
-- Не люблю, когда она становится на дорогѣ между мной и моими желаніями. Мнѣ хотѣлось знать, не было ли здѣсь намѣреній разбить эти статуи.
-- Ни малѣйшаго. Мой свекоръ умѣлъ цѣнить скульптуру и находилъ эти статуи превосходными, да къ тому же онѣ были еще и древними. Самое худшее, что могло тогда съ ними случиться, это быть снова закопанными тамъ, гдѣ ихъ нашли.
-- Чтобы предотвратить опасность поклоненія имъ?
-- Да. Но такой опасности и не было. Всѣ окрестные жители христіане. Если бъ ихъ разбили, это могло бы оживить одно суевѣріе. Вотъ почему мой тесть опасался это сдѣлать.
-- Какое, же суевѣріе?
Меланія немного помолчала, какъ бы обдумывая свой отвѣтъ.
-- Мнѣ кажется,-- сказала она спокойно:-- я не должна тебѣ это объяснять.
Потомъ она быстро повернулась къ нему и съ своей открытой симпатичной улыбкой сказала:
-- Что это мы все говоримъ о вещахъ, о которыхъ мы имѣемъ совершенно различный образъ мыслей?