"Иногда бабушка таскала меня къ дальнимъ, но богатымъ родственникамъ въ гости, и тамъ какой нибудь пажикъ спрашивалъ:
-- "Гдѣ служитъ твой отецъ?
-- "При дворѣ,-- отвѣчалъ я и уже начиналъ краснѣть.
-- "А какой у него чинъ?-- продолжалъ допросчикъ.
"Я готовъ былъ заплакать и никакъ не рѣшался сказать правду; я уже стыдился званія своего отца и глупо лгалъ, отвѣчая:
-- "Не знаю".
Долго Александръ Константиновичъ находился подъ вліяніемъ родственниковъ по материнской линіи, но, наконецъ, наступилъ и въ немъ переломъ, о которомъ онъ говоритъ слѣдующее:
"Мечты о томъ, что я самъ по себѣ, безъ заслугъ и дѣлъ, что нибудь значу, что счастіе жизни состоитъ въ важномъ чинѣ, въ барскихъ замашкахъ и въ богатствѣ, мечты, привитыя мнѣ бабушкою, школою, контрастомъ богатой обстановки другихъ домовъ съ бѣдною обстановкою моей жизни,-- теряютъ для меня всякое отрадное значеніе, дѣлаются мнѣ отвратительны".
II.
Отецъ -- придворный служитель.-- Мать.-- "Мой родъ".