Но едва Амброджіо услышалъ это предложеніе, какъ весь вспыхнулъ и смутился.
-- Это невозможно! Я не могу взять на себя такого порученія, потому что... Вы знаете, графиня, я за васъ готовъ умереть... Но идти въ улицу Вивайо, въ квартиру этой женщины... Невозможно!
-- Но вамъ самому и не надо идти.
-- Все равно... не могу!
-- Понимаю,-- сказала Беатриче, -- вы ужь были тамъ по порученію моего мужа?
У старика захватило дыханіе.
-- Да, синьора, я былъ... но, стало быть, синьорѣ извѣстно...
-- Все!
-- Слѣдовательно, можно не скрывать... Я отнесъ этой женщинѣ пятьсотъ лиръ и передалъ отъ имени графа, чтобы она больше не писала, потому что это будетъ напрасно: графъ не намѣренъ больше даже распечатывать ея писемъ.
-- Что это за женщина?