XIV.

Прошло два года, полныхъ разными событіями.

Сильвіо и хозяева Нашей Надежды вернулись вскорѣ къ себѣ. Инженеръ Марини три раза пріѣзжалъ повидаться со своею возлюбленной. Въ послѣдній пріѣздъ онъ возобновилъ брачное предложеніе, торжественно заявивъ, что срокъ испытанія уже истекъ, Анджелѣ исполнилось пятнадцать лѣтъ и она продолжаетъ его любить, желаетъ быть его женой. Пришла и Анджела, и не умерла отъ стыда, какъ предполагала; Сильвіо даже показалось, будто, глядя на него, она съ наивнымъ самодовольствомъ говорила себѣ: "Онъ меня еще любитъ!" Но Сильвіо ее больше не любилъ. Онъ былъ бы не прочь, чтобъ Марини тоже не посчастливилось. Но если они такъ любятъ другъ друга, тѣмъ лучше; онъ готовъ хоть сейчасъ отправить ихъ въ церковь.

Отнявъ у профессора невѣсту, Марини хотѣлъ непремѣнно дать ему что-нибудь въ замѣнъ, кромѣ своей дружбы.

-- Дядя Сильвіо,-- говорилъ онъ ему въ день помолвки.-- Я ничего не значу, но истинный другъ всегда на что-нибудь годится...

Въ увлеченіи дружбы онъ уменьшалъ собственное значеніе. Баинджіо Марини, должно быть, былъ не безъ связей, потому что по его мысли министръ представилъ Сильвіо къ ордену Маврикія и Лазаря. Профессоръ ничего не подозрѣвалъ и, читая королевскій декретъ, нашелъ, что господа министры итальянскаго королевства очень дальнозорки. Но Марини этимъ не удовольствовался. День свадьбы приближался, и онъ чувствовалъ необходимость уплатить еще часть своего долга, -- и задумалъ сдѣлать Сильвіо членомъ парламента. Пользуясь обширнымъ родствомъ и связями, работая перомъ и словомъ, побуждаемый совѣстливостью, Марини такъ направилъ дѣла, что успѣхъ былъ несомнѣненъ. Когда нѣсколько избирателей высказали Сильвіо, что смотрятъ на него, какъ на своего депутата, предназначеннаго имъ судьбою, въ немъ сказался единственный оттѣнокъ честолюбія, который онъ въ себѣ допускалъ,-- желаніе быть по достоинству оцѣненнымъ земляками. Онъ не отказался. Когда отъ него потребовалась программа, онъ отвѣчалъ: "Моя программа не обширна. Вотъ она: быть честнымъ, любить отечество. Я не желалъ идти въ парламентъ, но, если вы пошлете меня, я внесу въ него новую силу: совѣсть".

Прекрасныя, искреннія слова, съ которыми сидѣть бы ему дома, если бы, пересказанныя инженеромъ и его соучастниками, они не были расширены и преувеличены до того, что вмѣстили въ себя всѣ обѣщанія, которыя давалъ другой кандидатъ-соперникъ: обѣщанія мостовъ, гаваней, желѣзныхъ дорогъ, облегченія податей...

Пока шелъ тайный бой между двумя депутатами, въ одинъ прекрасный день, записавшись въ меріи и обвѣнчавшись въ церкви, Марини и Анджела отправились въ свадебное путешествіе на континентъ. Оно длилось не долго. Воротились они влюбленными другъ въ друга сильнѣе прежняго и во время,-- къ открытію желѣзной дороги изъ Сассари въ Порто-Торесъ.

Сассарійцы помнятъ этотъ великій день и теперь. Отовсюду съѣхались верхомъ крестьяне: живописные костюмы такъ и пестрѣли; у моря цѣлый день плясали хороводы. Пастухи разсказывали потомъ дѣтямъ про локомотивъ, какъ про чудовище: у него во внутренности огонь, какъ жаръ въ печи, голосъ точно громъ, а языкъ черный, дымный.

Пришли посмотрѣть на зрѣлище и нѣсколько бандитовъ, посмѣлѣе. Слѣдомъ за толпою спустился и сѣдой бандитъ Лиса. Его увидѣли, узнали, пришлось бѣжать. Но погоня и тутъ воротилась съ пустыми руками.