Первая трубка была неудачна. Но вторая удалась уже много лучше. Тогда Мандаринша заставила Селию выкурить три трубки подряд.
Маркиза, Л'Эстисак и Рабеф тоже лежали среди подушек, и с ними Сент-Эльм. Ни один из них не курил.
-- Отчего? -- спросила Л'Эстисака Селия.
-- У нас нет любовных горестей, малютка, -- отвечал герцог, посмеиваясь.
Селия курила третью трубку. Намек скользнул по ней, как капля дождя по черепичной кровле.
Но Мандаринша подняла голову и с внезапным любопытством поглядела на свою новую подругу. Но она деликатно промолчала.
-- Вам это интересно? -- спросил ее Л'Эстисак.
Она взглянула на него и движением пальца изобразила на собственном своем лице красные царапины, избороздившие лицо Селии.
-- Кстати, -- сказал герцог, -- ведь вы не знаете. Эта девочка только что дралась, как сте... я хотел сказать, как амазонка! И не подумайте, на основании этих кровавых следов, что ее соперница вышла победительницей из единоборства: совсем напротив. Перед вами триумфаторша.
-- Л'Эстисак, -- попросила Селия, -- не смейтесь надо мной. Я и так смешна!..