-- Ого! -- сказал он. -- You speak English! You, learned little girl...14 Скажите! Но ведь вы, конечно, не англичанка? У вас, наверно, был любовник-англичанин?
-- Нет, -- ответила Селия, не сообразив, что лучше будет солгать. -- Я выучилась, когда была маленькая.
И покраснела, как краснеет дама из общества, когда какая-нибудь отстегнувшаяся застежка покажет прохожим кусочек ее тела. К счастью, собеседник не допытывался дальше: по скромности или по безразличию.
-- Отлично! -- сказал он. И продолжал совсем не таким шутливым тоном, почти удивившим Селию: -- В без четверти восемь в четверг, то есть послезавтра, я зайду за вами и мы поедем обедать, куда вам захочется. Условлено? Или вы предпочитаете выработать другую программу?
Селия предпочла именно эту и поторопилась дать свой адрес: улица Москвы, 34, во втором этаже.
-- Отлично! -- еще раз повторил он. -- А вот и моя карточка.
Она спрятала в сумочку клочок бристоля, успев прочесть на нем: Шарль Ривераль, мичман, улица Альфонс, 66. И на этот раз еще сильнее удивилась. Обычно мужчины не столь доверчивы и без особой надобности не открывают первой встречной своего общественного положения.
Он ушел. Она не засиживалась дольше. У нее разболелась голова от бара, который становился все более и более шумным. Она вышла и пошла прямо домой -- спать одна.
Ночь была совсем теплая. Медленно проходя по залитым лунным светом тротуарам, она думала о мичмане-парижанине... Нет, положительно, он был не таков, как все. И ей хотелось, чтобы послезавтра уже наступило.
Так произошло, выражаясь морским языком, первое столкновение Селии с флотом.