-- Не знаю. Во всяком случае, будущее не может быть для меня хуже, чем настоящее. Фред, вы не знаете, что значит чувствовать каждый час и каждую минуту, как все глубже и глубже погрязаешь в болоте. Я уже сказала вам, что думала об отце и матери, обо всех тех, кто как они, не верят в добро и зло и не любят никого, кроме себя. Я боюсь постепенно стать похожей на них, опустившись до их уровня. Постепенно опускаться? Нет, нет, я предпочитаю сразу пасть, чем медленно опускаться.
Он все еще стоял перед нею, не решаясь дотронуться до нее. Вдруг она протянула ему руку.
-- Фред, прощай!
И тут произошло нечто такое, чего сами они не ожидали: в одно мгновение они оказались в объятиях друг у друга. Губы их слились в страстном поцелуе.
Не прерывая этого поцелуя, он лепетал:
-- Сообщник... Да... Я... Я буду твоим сообщником...
Она ничего не отвечала ему, а только сильнее прижимала его к себе. Одной рукой она держала его затылок, другою обнимала за талию. Опьяненный этой горячей двойной лаской, он шептал:
-- Я... Я убью его...
Она не отрывала своих губ от его рта. Задыхаясь от волнения, они шатались, как пьяные.
Потом, переведя дух, она снова прижалась к нему крепко, касаясь его всем телом, от колен до груди, и прошептала, приблизив губы к его губам: