-- Завтра, на охоте... Несчастный случай... Это так просто, так легко... Ты отомстишь за меня, ты меня спасешь... А тогда новая жизнь, свобода, свет и счастье!.. Ты будешь моим спасителем, тобою я буду счастлива, тебе я буду принадлежать до смерти.
Глава двадцать пятая
-- Господа, -- объявил Фернандо Воклен очень серьезным голосом, -- господа... и прежде всего вы, мадемуазель... Я настоятельно прошу вас соблюдать дисциплину и не стрелять случайно в любом направлении... Я указываю на это по двум причинам. Во-первых, такими необдуманными выстрелами вы только напугаете попугаев, и они заблаговременно скроются. Это было бы тем более печально, что мадам де Ла Боалль сегодня нездорова и лишила нас своего присутствия... Как же мы явимся к ней на яхту без нескольких красивых птиц?.. Кроме того, такая беспорядочная стрельба небезопасна, даже если мишенью служат летящие птицы. Однажды, года четыре тому назад, я был свидетелем несчастного случая... Случилось это как раз здесь на острове.
Охотники слушали его рассеянно, потом они расположились на песчаном берегу моря. Оттуда вели узкие тропинки в горы, окаймлявшие остров. Было еще темно.
Действительно, час тому назад, когда корабельный колокольчик разбудил пассажиров яхты, мадам де Ла Боалль заявила, что чувствует себя плохо и отказалась пойти на берег. Все были потрясены: она не желала участвовать в необыкновенной охоте, придуманной и устроенной только ради нее!.. Фернандо Воклен понимал, в чем дело, но и он для вида выражал свое удивление.
Фред Праэк тоже не имел причин удивляться. Он казался рассеянным и задумчивым.
На Антильских островах сумерки почти неизвестны. День и ночь сменяются сразу, без промежуточных состояний.
Внезапно перед охотниками открылась ослепительная картина девственного тропического леса. Сквозь роскошную ярко-зеленую листву пробивались красные, синие, желтые, лиловые и белые пятна цветов. Весь остров оглашался пением и криками птиц, приветствовавших восход солнца. Нет во всей Вест-Индии места красивее Табаго. Даже Мартиника и Сен-Тома не могут спорить с ним. Перико Арагуэс, не забывший о возложенном на него поручении, сразу оценил достоинства местного пейзажа и сделал соответствующий комплимент Фернандо Воклену, принятый старым креолом, как должное, с едва заметной улыбкой. Он всегда принимал так похвалы по адресу Антильских островов. Наконец он скомандовал:
-- Вперед! Каждый по своей тропинке!
Негры, взятые им с собой на охоту, должны были вспугнуть дичь.