Охотники прошли таким образом метров двести или триста от того места, где можно было стрелять в попугаев.
Фред Праэк сразу взвесил положение. Без сомнения, Фернандо Воклен хотел, прежде всего, отдалить сына от его невесты. Ее он отправил на крайний правый фланг, а его -- на крайний левый. Сам он занял место рядом с молодой луизианкой, а влево от себя поместил Перико Арагуэса. Таким образом, Поль де Ла Боалль и Фред Праэк неизбежно оказались рядом...
-- Мадемуазель и вы, господа, вперед! -- снова скомандовал Фернандо Воклен.
В лесу царила темнота. Птицы, так шумно встретившие восход, загадочно умолкли.
Фред Праэк, быть может, совсем бессознательно, свернул влево... в сторону Поля де Ла Боалля... Он ясно услышал оттуда треск ломаемых сучьев...
Фред осмотрел свое ружье, затем, с жестом привычного охотника, проверил патроны и ягдташ. Все было в порядке...
Минут через двадцать после начала охоты раздался первый выстрел. За ним непосредственно последовали два других. Потом, спустя короткое время, -- четвертый. Все эти выстрелы были произведены на правом фланге.
Фред Праэк затрепетал при этих залпах, -- затрепетал сильнее, чем можно было ожидать от опытного охотника.
Он тут же сообразил: первым выстрелил Фернандо Воклен, затем он же вторично. Маленькая американка, в пылу соревнования, выстрелила два раза сейчас же вслед за ним, -- вероятно, даже не прицелившись как следует.
Пока Фред Праэк думал об этом, раздались два новых выстрела. Шагах в десяти от него вспыхнул огонек, при свете которого можно было явственно разглядеть Поля де Ла Боалля с ружьем на плечах. Высоко над ним взвился в воздух большой и красивый многоцветный попугай, с шумом махавший крыльями. Очевидно, Поль де Ла Боалль лучше стрелял в цель на светских состязаниях, чем на охоте в тропическом лесу.