-- Нет, старина, во время бури адмирала не беспокоят!.. В подобном случае достаточно начальника штаба. Он здесь, начальник штаба, я хочу сказать -- главный секретарь?..
-- Для вас, господин де Фольгоэт, господин Прэль всегда здесь.
Жана Прэля, главного секретаря "Парижской Газеты", все хорошо знают. Его резкую сердечность можно сравнить разве только с его умом и с верностью его чутья.
-- Как! Это вы? Я думал, что вы в глубине Испании... Ведь я подписывал вам ордер на добавочный гонорар три недели тому назад, черт меня побери.
-- Ну да, я там и был. Но там один лакей уверил меня, что должна разразиться война. Вы понимаете, лакей... это не кто-нибудь... На Королевской улице, наоборот, меня только что уверяли, что мир окончательно восстановлен! Прэль, кто прав: министерство или лакей? Как думаете вы сами?
Прэль расхохотался:
-- Мой бедный, старый друг! вы не из Гренады приехали, вы с Луны упали!.. Послушайте, вы однако совсем не дурак... Стоит только подумать минутку: в настоящее время война уже все равно что объявлена!..
-- Как так?
У меня ноги подкашиваются от изумления. Я падаю на стул.
Прэль с важным видом сидит в своем зеленом кожаном кресле. Я думаю, проживи я сто лет, никогда бы не забыл я ни этого кресла, ни этого ясного, отрывистого голоса, ни этого решительного жеста руки: