– Чепуха! Вы несете непосредственную ответственность за эту бессмысленную атаку. Чего же вы ожидали? Разбить шайенов с таким ополчением?
– Не было никакой возможности остановить их. Если бы командование дало нам воинскую часть, этого бы не случилось.
Один фермер, у которого все еще шла кровь из раненой щеки, сказал:
– Полегче, военный. Как мы воюем – это наше дело.
– Мое дело поддержать порядок там, где находится мой отряд! – гневно крикнул Мюррей.
– Так почему же, черт вас возьми, не могли вы удержать краснокожих дьяволов на юге, где им и следует быть?
– Мистер, еще два слова – и я вас арестую! – резко сказал Мюррей.
Большая часть ополченцев окружила Мастерсона и офицеров. Теперь, когда прошла растерянность, вызванная внезапностью поражения, они кипели от ярости и теряли всякое самообладание. Злоба на солдат, ненависть к индейцам переполняли их. Они проклинали Мюррея и изливали на него всю свою злобу. Солдаты, спешившись, отошли в сторону. Бросившись на траву, они старались дать отдых натруженным мускулам и, подложив руки под голову, лежали, не обращая внимания на ссору.
– Подождите минуту, – сказал Мастерсон. – Мы зря болтаем и ведем себя, как дети. В Канзасе нет военного положения, и вы никого не можете арестовать. Горячиться бесполезно Ваша обязанность – захватить этих шайенов. Мы поедем вместе с вами.
– А мне вы не нужны, – заявил Мюррей. – Мне штатские не нужны. Я уже заявлял вам.