– Но ведь мы тоже дрались с ними, – настаивал Мастерсон.
– Вижу, с каким успехом.
– И все-таки мы пойдем с вами.
– Нет, не пойдете!
Мастерсон холодно оглядел капитана.
Ополчение разделилось на две почти равные части. Одна из них поддерживала Мастерсона Остальные потихоньку отходили, несколько сконфуженные, притихшие. Они с любопытством разглядывали отдыхавших солдат, маленькими группами собирались вокруг раненых и убитых. Телеграфист сидел на траве, зажав раненую руку. Молодой англичанин бесцельно бродил вокруг. Его брат лежал тут же; на лицо ему кто-то набросил рубашку, сломанная стрела все еще торчала в его груди.
– Пусть они едут с нами, – сказал, пожав плечами, Уинт.
Мюррей все еще глядел на Мастерсона. Резко кивнув головой, он направился к своей лошади и вскочил в седло.
Кавалеристы поднялись на ноги. Старый следопыт, не давший себе даже труда слезть с лошади, продолжал жевать табак, поплевывая по сторонам.
Мастерсон подошел к своему коню, и вслед за ним двинулась почти половина его людей. Мюррей, не оборачиваясь, повел свой отряд по следу Другая часть ополчения, оставшаяся на месте стычки, наблюдала за уходом солдат и ополченцев, а затем уныло стала готовиться к возвращению в Додж Сиги со своими ранеными и убитыми. Телеграфист, постояв еще с минуту, смотрел вслед солдатам и, морщась от боли, побежал к своей лошади, вскочил на нее и поехал за ними. Услышав оклик, он обернулся и увидел, что англичанин догоняет его. Дальше они поехали вместе молча.