Гусеницы большинства нашихъ бабочекъ могутъ быть распредѣлены на двѣ группы: однѣ обладаютъ скромною, тусклою внѣшностью, однороднаго сѣраго, бураго или зеленаго цвѣта, скрывающаго ихъ отъ взглядовъ враговъ; многія изъ нихъ подражаютъ окружающимъ предметамъ, вѣточкамъ растеній, опавшимъ сережкамъ березы (Порчинскій), экскрементамъ птицъ и т. п. Ихъ трудно отыскать и замѣтить. Другія, напротивъ -- окрашенныя въ яркіе цвѣта, полосатыя и пятнистыя, они держатся всегда открыто, не прячутся, и сразу: бросаются въ глаза благодаря своей пестротѣ, Дарвинъ, изучавшій происхожденіе яркой окраски у животныхъ и смотрѣвшій на нее, какъ на половое украшеніе, остановился передъ этимъ фактомъ; у животныхъ, не достигшихъ половой зрѣлости, яркая окраска, очевидно, не могла имѣть значенія украшенія, выгоднаго въ половомъ состязаніи. Онъ обратилъ вниманіе Уоллэса. (въ 1866 г.) на этотъ предметъ, и Уодлзсъ, раньше уже изучавшій нѣкоторые аналогичные факты, высказалъ предположеніе, что, вѣроятно, ярко окрашенныя гусеницы обладаютъ какимъ-нибудь свойствомъ, дѣлающимъ ихъ не съѣдобными или противными на вкусъ для птицъ, ящерицъ и тому подобныхъ враговъ. Дѣйствительно, многія взрослыя насѣкомыя и ихъ личинки при нападеніи или прикосновеніи выдѣляютъ капли жидкости, ѣдкой на вкусъ или непріятной по запаху, и этимъ отбиваютъ аппетитъ у своихъ враговъ. Но самая несъѣдобность мало приносила бы пользы насѣкомому, если бы оно все-таки подвергалось нападеніямъ; если бы птица должна была сперва попробовать каждую гусеницу, прежде чѣмъ рѣшить, можно ли ее съѣсть, то ядовитыя, противныя на вкусъ и, вообще, несъѣдобныя погибали бы одинаково съ съѣдобными. Для нихъ было выгодно рѣзко отличаться отъ съѣдобныхъ по наружности, чтобы уже самый видъ ихъ свидѣтельствовалъ объ ихъ негодности въ пищу и удерживалъ бы птицъ отъ нападенія. И если среди съѣдобныхъ насѣкомыхъ господствуетъ защитная, гармоническая окраска, скрывающая ихъ отъ глазъ враговъ, то для насѣкомыхъ не съѣдобныхъ была бы полезна окраска выдающая, рѣзко ихъ отличающая, предупреждающая объ ихъ непріятныхъ свойствахъ, такъ чтобы птица ихъ уже не трогала. Это стремленіе отличаться окраской отъ съѣдобныхъ формъ, поддерживаемое и развиваемое естественнымъ подборомъ, могло повести къ появленію самыхъ яркихъ и пестро окрашенныхъ насѣкомыхъ и гусеницъ; птицы никогда не нападали бы на нихъ, охотясь исключительно за темно окрашенными, скрывающимися гусеницами. Такимъ путемъ параллельно съ защитными окрасками вырабатывалась окраска выдающая, предупреждающая, діаметрально противоположнаго характера.
Эта идея Уоллэса нашла себѣ подтвержденіе въ экспериментальныхъ изслѣдованіяхъ, произведенныхъ въ Англіи Дженнеръ Уэйромъ и Пультономъ, и въ Россіи Порчинскимъ. Наблюденія, сдѣланныя надъ многими насѣкомоядными птицами и надъ цѣлымъ рядомъ насѣкомыхъ, установили какъ общее правило, что насѣкомыя и ихъ личинки съ защитной, охранительной окраской -- жадно преслѣдуются и поѣдаются птицами, тогда какъ бросающіяся въ глаза, ярко окрашенныя должны быть несъѣдобны; большинство птицъ въ большинствѣ случаевъ тщательно избѣгаетъ не только ѣсть ихъ, но даже трогать. Слѣдов. ихъ яркіе цвѣта имѣютъ, дѣйствительно, значеніе "предупреждающей" окраски.
На почвѣ предупреждающей окраски выросли удивительныя біологическія явленія -- мимикріи. Мы говорили уже о случаяхъ, когда животныя напоминаютъ по своей формѣ и окраскѣ какіе-нибудь обыкновеннѣйшіе неодушевленные предметы окружающей среды (гусеницы пяденицъ, Phasmidae) и, пользуясь этимъ сходствомъ, избѣгаютъ преслѣдованія враговъ. Но существуютъ подражанія еще болѣе утонченныя. Несъѣдобныя насѣкомыя съ яркою "предупреждающею" окраскою не подвергаются нападенію хищниковъ, и существуютъ такія насѣкомыя, которыя, не обладая никакими ядовитыми или противными жидкостями, и слѣдовательно будучи вполнѣ съѣдобны, принимаютъ въ свою очередь яркую окраску и представляютъ болѣе или менѣе полное сходство съ видами, у которыхъ яркая окраска имѣетъ значеніе предупрежденія. Это такъ называемыя явленія маскированія, mimicry.
Классическимъ примѣромъ такого маскарада, со времени книги Уоллэса объ естественномъ подборѣ {Уоллэсъ, Естественный подборъ, гл. III. Явленія мимикріи сдѣлались у насъ довольно общеизвѣстны, благодаря трудамъ H. К. Михайловскаго.}, служатъ два семейства американскихъ бабочекъ, у которыхъ явленія мимикріи были впервые изучены Бэтсомъ.
Въ тропической Америкѣ чрезвычайно обыкновенны бабочки изъ сем. Heliconidae; онѣ обладаютъ особенностями, рѣзко отличающими ихъ отъ сродныхъ семействъ въ тѣхъ-же мѣстностяхъ. У нихъ большія, нѣжныя, ярко-окрашенныя крылья, причемъ цвѣтъ ихъ одинъ и тотъ-же на обѣихъ сторонахъ -- верхней и нижней; полетъ у нихъ слабый и медленный, онѣ никогда не скрываются, а садятся всегда открыто на верхнюю сторону листьевъ или цвѣтовъ; благодаря яркимъ отмѣтинамъ своихъ цвѣтовъ, онѣ легко могутъ быть отличены отъ всѣхъ другихъ бабочекъ и издалека бросаются въ глаза. Всѣ они обладаютъ жидкостями, издающими сильный запахъ; если ихъ убивать, сдавливая тѣло, то вышедшая жидкость окрашиваетъ пальцы и оставляетъ запахъ, который упорно держится и проходитъ только послѣ повторенныхъ умываніи. По наблюденіямъ многихъ авторовъ, птицы не ѣдятъ ихъ, не нападаютъ на нихъ; запахъ и вкусъ служатъ имъ защитой, а яркая краска имѣетъ предупреждающее значеніе; этимъ объясняется ихъ многочисленность, медленный полетъ и привычка никогда не скрываться.
Въ тѣхъ-же мѣстностяхъ летаютъ нѣкоторые другіе виды бабочекъ, по строенію головы, ножекъ и жилкованію крыльевъ принадлежащихъ даже къ другому семейству Leptalidae; но по общей формѣ и окраскѣ крыльевъ онѣ представляютъ столь точную копію съ геликонидъ, что въ любительскихъ коллекціяхъ обыкновенно смѣшиваются и принимаются за одинъ видъ съ ними. Лепталиды не обладаютъ непріятными жидкостями и запахомъ геликонидъ, и слѣдовательно, не защищены отъ насѣкомоядныхъ птицъ; но подражая внѣшнему виду геликонидъ и летая съ ними вмѣстѣ, также медленно и открыто, они пользуются этимъ сходствомъ для избѣжанія нападенія. Ихъ гораздо меньше, чѣмъ бабочекъ, которымъ они подражаютъ: на нѣсколько десятковъ и даже сотенъ геликонидъ приходится одна лепталида; затерянныя въ толпѣ хорошо защищенныхъ геликонидъ, беззащитныя лепталиды спасаются отъ своихъ враговъ. Какъ геометриды подражаютъ вѣточкамъ, фасмиды сучьямъ и листьямъ, гусеницы нѣкоторыхъ бабочекъ экскрементамъ птицъ, такъ Leptalidae подражаютъ предупреждающей окраскѣ хорошо защищенныхъ формъ.
Подобные примѣры извѣстны изъ различныхъ отрядовъ насѣкомыхъ, и не только между близкими группами, но часто между представителями различныхъ отрядовъ; давно извѣстны мухи, похожія на шмелей, бабочки, подражающія осамъ и т. п. Во всѣхъ этихъ случаяхъ мимикрія сопровождается сходствомъ въ образѣ жизни или взаимною зависимостью обоихъ видовъ: подражаемаго и подражающаго.
Долгое время представляли затрудненіе для натуралистовъ тѣ случаи мимикріи, когда оба сходные вида принадлежатъ одинаково къ защищеннымъ (не съѣдобнымъ) видамъ. Въ обычной своей формѣ мимикрія состоитъ въ томъ, что не богатый особями и беззащитный видъ находитъ себѣ выгоду въ близкомъ внѣшнемъ сходствѣ съ весьма многочисленнымъ по числу особей и не съѣдобнымъ видомъ, живущимъ въ той-же мѣстности. Но какая польза Геликонидамъ подражать другъ другу? а такіе случаи извѣстны. Бэтсъ описалъ цѣлый рядъ видовъ изъ различныхъ родовъ этого семейства, похожихъ другъ на друга точно также какъ и другіе мимикрирующіе виды; а между тѣмъ каждый изъ этихъ видовъ самъ по себѣ достаточно защищенъ своею несъѣдобностью, и находится въ этомъ отношеніи въ разныхъ условіяхъ. Что это сходство не проистекаетъ изъ близкаго родства обѣихъ формъ, докапывается тѣмъ, что обыкновенно эти сходные виды относятся къ двумъ различнымъ подсемействамъ, на которыя Heliconidae раздѣляются на основаніи различныхъ признаковъ. Ни самъ Бэтсъ, ни Уоллэсъ не могли долгое время дать удовлетворительнаго объясненія этому аномальному явленію; въ настоящее время Уоллэсъ присоединился къ тому взгляду, который высказалъ въ видѣ предположенія Фрицъ Мюллеръ на основаніи своихъ наблюденій въ Бразиліи.
Теорія Мюллера вытекаетъ изъ предположенія, основаннаго на нѣкоторыхъ наблюденіяхъ, что отвращеніе къ ярко-окрашеннымъ насѣкомымъ не представляетъ у птицъ всегда вполнѣ врожденнаго инстинкта, а болѣе или менѣе пріобрѣтается опытомъ. Молодыя птицы безъ разбора хватаютъ и не съѣдобныхъ насѣкомыхъ, пока не привыкнутъ различать ихъ и оставлять въ покоѣ. Если это такъ -- а это подтверждается нѣкоторыми наблюденіями -- то извѣстное количество особей каждаго даннаго вида погибаетъ ежегодно жертвою птичьяго опыта; пріобрѣтеніе двумя несъѣдобными видами очень схожей предохраняющей окраски окажется полезнымъ для нихъ, такъ какъ въ глазахъ птицы оба вида будутъ сливаться въ одинъ. Количество особей, истребляемыхъ молодыми птицами, раздѣлится уже между двумя видами; а если одинъ изъ этихъ видовъ очень распространенъ, а другой, подражающій, напротивъ -- рѣдокъ, то для послѣдняго выгода будетъ огромная, такъ какъ ежегодная потеря составитъ лишь ничтожную часть того, что онъ терялъ-бы, если-бы выработалъ себѣ самостоятельную предупреждающую окраску. Дальнѣйшій прогрессъ на этомъ пути поведетъ къ тому, что цѣлыя группы не съѣдобныхъ животныхъ будутъ вырабатывать себѣ одинъ общій типъ предупреждающей окраски, что и наблюдается въ дѣйствительности.
Нѣкоторые случаи мимикріи извѣстны и среди позвоночныхъ, именно между змѣями. Въ тропической Америкѣ живутъ ядовитыя змѣи изъ рода Elaps, отличающіяся чрезвычайно характерною окраскою въ видѣ чередующихся черныхъ и красныхъ колецъ. Но въ тѣхъ-же мѣстностяхъ живутъ три рода змѣй изъ другихъ семействъ, совершенно не ядовитыхъ, а вполнѣ подражающихъ своей окраской опасной коралловой змѣѣ, такъ что ихъ легко" принять другъ за друга.