В этих зеленых фосфорических огнях глаз было что-то ужасно непривычное для него, и как-то трудно было поверить, что эти глаза могли принадлежать собаке или вообще какому-нибудь земному существу.
Он попробовал посвистать ей и далее начал ласковым голосом подзывать:
-- Таска! Таска!
Собака сделала движение к нему, скорее ползя на животе, чем идя на ногах, но когда он двинулся к ней, она также боком, не сводя с него глаз, отошла в сторону.
Парень с досадой плюнул и пошел к жилью, где теперь был полным хозяином. Надолго ли? Как поживется. Ему нечего бояться. Убитого никто не хватится. А спросят, -- уехал, мол, на охоту, да и все тут.
Две собаки, Веспер и Грум, выли в своей землянке; им вторила в сенях, у самой двери жалобными взвизгиваниями Динка.
Когда убийца открывал двери, в сени, она быстро прошмыгнула мимо его ног наружу.
-- Куда? Динка! -- окликнул он собаку.
Но сука не возвращалась.
-- Ишь, стерва, щенят бросила. Ну, дьявол с тобой, ежели так!