VI.
Крейцер чувствовал, что он все больше и больше пьянеет и размякает, но все еще продолжал твердо держаться за свое стойкое чувство к невесте. Окончательно расчувствовавшись, он достал из кармана бумажник, вынул оттуда ее портрет и, что-то долго объясняя на невероятном английском языке сидевшей у него на коленях американке, торжественно протянул ей фотографию.
Та равнодушно повертела ее в руках перед своими глазами и вдруг с звонким смехом швырнула в окно.
Картон всколыхнул занавеску и упал на улицу.
Крейцер сначала был поражен до такой степени, что не мог вымолвить ни слова. Он весь побледнел и задрожал от бешенства.
Мисс Мэри стояла перед ним вытянувшись и вызывающе подняв свою белокурую красивую голову.
Крейцер уже сделал к ней угрожающее движение со сжатым кулаком. Она не шевельнулась, но англичанин впился глазами в немца и быстро опустил руку в карман.
Гринчуков заметил это движение и тихо коснулся его руки.
Но уже Крейцер овладел собой. Тяжело переводя дыхание, он презрительно скривил губы и, сразу отрезвев, ни на кого не глядя, вышел из кабинета.
Мисс Мэри бросилась к окну, взглянула вниз и опять весело рассмеялась.