Земский несколько переменил положение в плетенке и, ни к кому не обращаясь, спросил:
-- Кажется, десять било?
-- Кажется, -- отозвался доктор.
-- Гм... досадно. Как бы не пришлось во въезжей ночевать. Поздно.
-- Не беда!
-- Ну, нет, покорно благодарю. Знаю я топорнинскую въезжую. Топор вешай, -- скаламбурил он, сопровождая довольным смешком свой каламбур. -- А тараканов столько, что из пушки не перестреляешь. Вы, пожалуй, и тут поэзию найдете.
Земский, очевидно, был задет за живое рассуждениями доктора и хотел чем-нибудь "подкузьмить" его. Но доктор не дал прямого ответа на последние слова. Он сказал:
-- На воздухе можно ночевать. Где-нибудь на сене... в телеге... Чтобы вот так звезды были видны.
Земский фыркнул и, обернувшись к своему спутнику, спросил его:
-- Да вам сколько лет-то?