-- Хорошо. Я буду ваша укротительница.
Уника весело встала и направилась к столу, где неторопливо и ловко стала приготовлять тартинки и бутерброды для Лосьева.
-- А вы отныне мой тигр. Так я и буду вас звать.
-- Разве я действительно похож на этого хищника?
-- Да, у вас есть что-то в глазах, в движениях. Но только не тогда, когда вы улыбаетесь.
-- А что же тогда?
-- Вы похожи на ребенка.
-- А ведь это правда. Браво, Уника! -- с восторгом приветствовал ее слова Николай. -- Как она скоро заметила это. О, она удивительно наблюдательна!
Свет лампы, падая на нее сверху, когда голова ее была наклонена, оставлял ее лицо в тени, и Апостоли с Кичем, следя за каждым ее движением, открыто любовались ею и громко перебивали друг друга:
-- Ты гляди, гляди: это сейчас Вандейк.