-- Стихи.
Вероятно, мое изумление было слишком ярко, потому что она поспешила объясниться:
-- Разве вас это так поражает? Я удивляюсь. Вам, поэту, больше, чем кому бы то ни было, должно быть известно магическое действие стихов.
Я воскликнул с настоящим отчаянием:
-- Нет, нет, увы, я больше не верю этому!
-- И, однако, вы должны поверить, -- произнесла она с ударением. -- Поверить и почтить во мне это чувство, как самую святую дань тому, что для вас является религией.
Я молчал, но в глубине души у меня было завистливое чувство к этому сопернику, который оказался вдвойне счастливее меня.
Она усадила меня на скамейку и рассказала историю, которая оказалась поучительнее для познания женщины, чем весь мой долгий опыт.
-- Я была моложе и красивее, чем теперь, и я не была печальна.
-- Значит, вы были не так прекрасны! -- протестовал я.