-- Никак нет, ваше высокоблагородие.
-- Нет, вы были пьяны! -- настойчиво повторял взбешенный следователь. -- Я жаловаться буду.
-- Клянусь детьми, ваше высокоблагородие, я не был пьян... И сам не понимаю, как я мог запамятовать. ... Но теперь беспременно найду.
-- Нет, вы были пьяны! -- уже взвизгивал следователь, покраснев от раздражения и трясясь от гнева так, что его жидкая бородка, сделанная как будто из одного меха с шубою, подскакивала как живая.
-- Не извольте беспокоиться, ваше высокоблагородие...
-- Нет, вы были пьяны! -- еще выше взвизгивал следователь.
Доктору, наконец, стала противна эта сцена. Кроме того, он порядком иззяб и проголодался. Его тянуло к теплу и какой-нибудь горячей, хотя бы и деревенской еде. Но возвращаться назад было далеко. Направо, впереди виднелся какой-то хутор.
Урядник сразу смекнул в чем дело и, все еще стараясь успокоить следователя, бормотал:
-- Не извольте беспокоиться, ваше высокоблагородие. Через полчаса я вам доставлю... А покуда неугодно ли вам переждать хоть вон там, на Вавиловском хуторе...
-- Чтобы через полчаса был труп! -- как отрезал следователь. -- Хоть родите, а доставьте труп.