Я хотел вбить в нее этим словом правду. Я все еще рассчитывал на ее совесть. Но она только пренебрежительно пожала плечами и еще настойчивее ответила:
-- Да нечего знать-то!.. Я все сказала.
-- И у тебя хватает совести.
-- Ну, однако, это слишком...
Она хотела уйти с поднятой головой, но я вцепился в ее руку и снова, как в первый раз давеча, приблизив к ее лицу свое лицо, сохнущими губами произнес:
-- Пойми же, у меня есть доказательства... Слышишь... доказательства... документ!..
-- Если бы у тебя было что-нибудь подобное, ты не стал бы тянуть этой комедии, -- презрительно выбросила она последнее слово.
Я знал, что она именно таким образом объяснит то, что я скрываю источник тайны, но ничего не ответил на эти слова, а ждал, что будет дальше.
Она не выдержала моего взгляда и загорелась злобой.
-- Хочешь, я сама скажу тебе, что это за документ... Тебе, верно, совестно самому себе сознаться, как он попал к тебе. Совестно сознаться в шпионстве, подкупе, или я не знаю уж, в какой еще низости... Так я скажу тебе... Кто-то -- может быть лакей, которого ты подкупил -- воровским образом снял копию с моего старого письма к нему.