Гвардейские матросы, с своей стороны, также не оставались праздными. Они строили небольшие лодки на колесах с длинными мачтами и широкими парусами, и если случался попутный ветер, то катались на них по морскому берегу. Офицеры генерального штаба преследовали верхом эту сухопутную флотилию и редко успевали ее догонять. При внезапной перемене ветра лодки падали набок, и сидевшие в них гренадеры и матросы валились друг на друга при громком смехе и рукоплескании линейных пехотинцев...
Эта скаковая мания сделалась настолько заразительной, что солдаты затеяли даже беганье взапуски. Наполеон установил в пользу победителей приз в двадцать, сорок и даже в сто франков. Если состязалось несколько полков, то призы разделялись соответственно числу бегавших и назначались победителям сообразно скорости их бега.
Легкая кавалерия также занималась скачками. Призы были в сто и триста франков.
Наполеон пожелал, чтобы и офицеры вступили в состязание, и для этого назначил приз в тысячу двести франков. Совет, составленный из высших офицеров, набросал правила этой скачки и повергнул их на рассмотрение императора, который одобрил их и назначил день скачки.
В назначенный день Наполеон присутствовал на этом состязании. Все состязатели выстроились в одну линию, и, но данному знаку, лошади помчались вихрем. Драгунский офицер Тьерри скоро значительно опередил всех своих соперников и был уже почти у самой цели, как вдруг какая-то собачонка с лаем бросилась под ноги его лошади; лошадь вскинулась на дыбы, начала биться и несколько раз перекатилась по земле вместе с седоком, который, казалось, был прикован к седлу. Хотя и в таком виде, но лошадь Тьерри первая достигла цели, неподвижно распростершись на песке.
Все думали, что сильное животное издохло, а у седока были переломаны руки и ноги. Через две секунды прискакал следовавший за Тьерри эскадронный начальник, который и был провозглашен победителем. В это время упавшая лошадь вместе с всадником кое-как поднялась. Молодой Тьерри собирался уже печально удалиться, немного утешенный участием, оказанным ему зрителями, как вдруг Наполеон вскричал:
-- Совсем нет! Приз выигран упавшим.
Окружавшие его судьи сначала почтительно заметили ему, что этот офицер нарушил программу, и что катиться на лошади -- не значит скакать.
-- Тут дело идет не в этом, -- возразил император. -- Не средства следует рассматривать, но конец; при том же, конец оправдал средства.
-- Конечно, государь, однако-ж...