Дорогой Дюрок рассказал ему, почему он замешкался, и Наполеон от души смеялся над этим и восхищался великодушием мальчика, который, не зная его, заплатил за его завтрак.
Разговаривая, они вошли в пассаж, который был в то время богатейшим и изящнейшим во всей столице. Две превосходные вазы в стиле Медичи, стоявшие в окне одного магазина, обратили на себя внимание Наполеона. Он вошел в магазин, желая осведомиться о цене этих ваз. В магазине, оглянувшись по сторонам, он увидел только толстую служанку, которая мела пол.
-- Послушай, -- сказал он служанке, -- где хозяин или хозяйка? Кажется, они очень ленивы, что так поздно встают!
-- Разве вам купить что нужно? -- спросила его та угрюмо. Потом сложила руки на ручку щетки, оперлась подбородком и с любопытством посмотрела на него.
-- Конечно! Что стоят эти две вазы?
-- Вон оно диво-то какое! -- ахнула служанка. -- Ну, постой, я хозяйке позвоню.
Вышла хозяйка и сухо спросила Наполеона:
-- Что вам угодно, сударь?
-- Скажите, сударыня, что стоят эти две вазы?
-- Четыре тысячи франков, сударь.