180 Петерсон послал Флоренскому возражение на рецензию С. А. Голованенко (См. примеч. 168).
181 Речь идет о статье Н. П. Петерсона "Заметка по поводу статьи кн. Е. Трубецкого -- "Жизненная задача Соловьева и всемирный кризис жизнепонимания"..." и ответной статье Е. Н. Трубецкого "Несколько слов о Соловьеве и Федорове", напечатанных в No 3 "Вопросов философии и психологии" за 1913 г.
182 Речь идет о письме Петерсона Е. Н. Трубецкому от 21 июля 1913 г.
183 Текст "Исповедания веры признающего воскрешение при участии самого человека" сохранился в архиве Н. П. Петерсона (ИИОР РГБ. Ф. 657. К. 1. Ед. хр. 5). Приводим фрагменты этого текста:
"<...> Христос нисходил на землю ради нашего спасения и, думается, -- не может быть спора, что Христос приходил спасти нас именно от последствий греха, искупленного Его страданиями и смертью,-- от последствий греха, т. е. от смерти, и от смерти не духовной только, но и телесной, ибо Христос воскрес во плоти человеческой и вознес нашу плоть одесную Отца небесного. Объяснять же спасение, ради которого приходил Христос, как-то духовно, было бы умалением Христова дела, обращением христианства в иллюзию. -- Вопрос заключается в том, почему же спасение еще не совершилось, и как может и должно быть осуществлено наше спасение от смерти?
Спасти нас может только Бог, Создатель наш, но это спасение может быть совершено двояким образом: или без участия нас в нашем собственном спасении, без участия нас в самом деле спасения, или же при нашем в нем, в деле спасения, участии.
Мы говорим не о таком участии, которое состоит в делании правды, в исполнении лишь правил нравственности, за что спасение даруется, а не самими нами созидается, мы говорим об участии в самом устроении нашего спасения, в самом деле устроения нашего тела, чтобы оно стало бессмертным носителем бессмертного духа, и в деле воссоздания тел умерших, дабы они были бессмертными жилищами бессмертных душ. До сих пор наше тело было "бессознательным произведением наших пороков", как это говорится на стр. 61-й т<ома> 1-го "Фил<ософии> Общего Дела", а "должно быть наше тело нашим делом, но не эгоистическим самоустроением, а делом, чрез возвращение жизни отцам устрояемым". <...>
Если бы Господь хотел спасти нас без нашего в том участия, в таком случае зачем бы Ему было сходить на землю, принимать плоть человеческую, страдать, умереть? И без всего этого Он мог бы одарить нас бессмертием, или всех, или только некоторых, приятных Ему (Деян. X, 35), а также и воскресить достойных этого. Но при этом мы навсегда остались бы бессильного тварью, существами презренными. Есчи же Господь удостоил нас своим пришествием, восприял нашу плоть, подверг себя страданиям и принял самую смерть, -- становится очевидным, что нам уготована иная участь, Господь не хочет, чтобы мы навсегда остались тварью, рабами,-- своим пришествием, смертью и воскресением Он указал нам возможность из твари стать сынами Божиими.
<...> Принять на себя труд изучения тех сил, от коих зависит жизнь и смерть,-- труд управления этими силами. Это невозможно для каждого в отдельности, но доступно, надо полагать, согласию всех людей, всего рода человеческого, объединенного в Боге во исполнение молитвы Господа Нашего Иисуса Христа -- "Да будут все едино, как Ты, Отче, во Мне, и я в Тебе, так и они да будут в Нас едино" (Иоанн. XVII, 21). При таком единстве всех, при единстве всего рода человеческого в Боге, может ли быть что-либо недоступное нашей мощи?!.. К объединению в деле всеобщего воскрешения и призывал нас Спаситель, положивший и начало этому на тайной вечери, ибо, как говорится на стр. 133 т<ома> 1-го "Фил<ософии> Общ<его> Дела", "христианство есть объединение живущих для воскрешения умерших, т.е. соединение в любви ядущих и пиющих для возвращения к трапезе любви отшедших; затем и едят и пьют, чтобы иметь силу возвратить к жизни умерших. Христос, соединив при своем отшествии поминовение или любовь к Себе (что значит ко всем отшедшим) с питанием, с тем, что дает жизнь и силу на труд, заповедал собрать всех живущих к этой вечери любви, любви к Нему, как ко всем умершим, такой любви, которая отдает все силы жизни для того, чтобы увидеть и услышать Его, Спасителя Нашего, со всеми отшедшими". <...>
После вознесения Христа -- Нашего Спасителя апостолы и ученики Его могли только свидетельствовать о Нем, об Его воскресении и тем приобщать уверовавших к трапезе любви, объединяющей, закрепляющей в единосущии с Нашим Спасителем наш братский во Христе союз, таинственно приобщающий уверовавших к жизни вечной, на что апостолы и получили дар Святого Духа. Этим и объясняется, почему первая христианская община все дело свое полагала только в проповеди Евангелия, т. е. в призыве к делу спасения, приступить же к осуществлению его, самого дела спасения, не могла по громадности этого дела, требовавшего и сил громадных, которых еще не было, не было и надлежащего знания для выработки средств, способов к осуществлению великого дела всеобщего воскрешения.