-- Развѣ онъ мрачный, докторъ Франкъ? отвѣчала докторъ Дэръ, и отправилась внизъ за своимъ багажемъ.
Между тѣмъ одинокая, грязная лодка причалила къ пароходу и ждала пассажировъ. Въ ней сидѣлъ негръ, скрестивъ весла. Онъ оглядывалъ Мерси и всѣхъ пассажировъ безмолвнымъ, апатичнымъ взглядомъ. Его лицо носило явный слѣдъ того инстинктивнаго страха, который ни въ людяхъ, ни въ животныхъ не принимаетъ никакой особой опредѣленной формы. Докторъ Дэръ невольно подумала:
-- Неужели у всѣхъ въ Кальхунѣ такое выраженіе лицъ?
День былъ жаркій и вода, казалось, прилипала къ краямъ лодки. Виднѣвшійся не вдалекѣ песчанный берегъ словно дымился подъ знойными лучами солнца. Блѣдные листья мелкихъ пальмъ какъ будто свертывались въ клубокъ. Вдали очертанія города представлялись съ какой-то ужасной опредѣленностью, словно это зрѣлище слѣдовало, но нельзя было скрыть. А наверху блестѣло голубое, огненное небо.
-- Пассажиры въ Кальхунъ!
Три доктора спустились въ лодку. Остальные пассажиры собрались на палубу, чтобы посмотрѣть, какъ они отчалятъ. Докторъ Франкъ предложилъ руку доктору Дэру, которая приняла ее какъ женщина, хотя вовсе не нуждалась въ этой помощи. Всѣ трое усѣлись въ лодкѣ и негръ сбирался отчалить. Женщина быстро взглянула на пароходъ, потомъ на берегъ и снова на пароходъ. Мужчины никуда не глядѣли. Всѣ молчали. Въ этой сценѣ было что-то подавляющее и никто не рѣшился увеличить тяжелое впечатлѣніе неловкимъ словомъ.
-- Высадите и меня здѣсь, произнесъ неожиданно какой-то тихій голосъ.
Это сказалъ безмолвный пассажиръ. Его никто не замѣтилъ, исключая, быть можетъ, женщины-доктора и штурмана, который считалъ за личное оскорбленіе каждое дѣйствіе этого человѣка.
-- Для васъ есть мѣсто, произнесла докторъ Дэръ.
Безмолвный пассажиръ быстро и легко спрыгнулъ въ лодку. Негръ взялся за весла, а Мерси продолжала свой путь.