— Что может быть общего у этих людей с злополучным Караччиоли?
— Не знаю. Девушка долго беседовала с нашей лэди адмиральшей; но говорили они по-итальянски, и я ничего не понял, а барыня, как вы сами можете судить, мне их разговора не передала. Да сдается мне, я так думаю, что и Нельсон от нее мало что узнал.
— По многим причинам желал бы я, чтоб Нельсон отпустил эту лэди на все четыре стороны. Если бы знали, капитан, что говорят на этот счет почти вслух по всей эскадре! Коснись это кого-нибудь другого, шум подняли бы невообразимый, но имя Нельсона всем зажимает рты.
— Ну, хорошо уж, каждый волен отвечать сам за свои поступки. И не вам бы осуждать Нельсона, Винчестер; он так участливо отнесся к вашей ране. Сам он, бедняга, стал таким калекой со своей изуродованной рукой, что в каждом раненом видит своего собрата. Откровенно говоря, я бы и сам был бы не прочь, чтобы оспа попортила эту адскую красоту. Но спросите Гриффина, действительно ли эта девушка была сегодня на корабле адмирала?
Вопрос был предложен, и Джита спокойно и без колебаний отвечала утвердительно.
— А теперь попросите ее объяснить нам, каким образом очутилась она в обществе Рауля Ивара?
— Синьоры, — отвечала Джита так же естественно, потому что она и не думала скрывать этого, — мы с дядей живем на горе Арджентаро, где дядя смотритель княжеских башен. В прошлом году один пират захватил нас в плен, дядю и меня, и увез в Африку. Тогда синьор Ивар пришел туда на своем люгере и освободил нас. С тех пор мы считаем его своим другом, и он иногда навещает нас в нашем доме. Сегодня мы встретили его в его лодочке около адмиральского английского судна, и так как нанятый нами перевозчик куда-то пропал, то в силу старого знакомства мы согласились на его предложение отвезти нас в Сорренто, где мы гостим в настоящее время у сестры моей матери.
Рассказ Джиты дышал такой искренностью, что, переводя его для капитана, Гриффин от себя прибавил, что не сомневается в его правдивости.
— Так, так, Гриффин; вы молодые люди, всегда покровительствуете хорошеньким девушкам. Впрочем, она действительно внушает доверие и смотрит такой скромной и честной. Уверьте ее, что ей нечего бояться, но что все-таки ей нельзя будет оставить нас раньше, как завтра утром.
После этого Джиту и ее дядю проводили в отдельные пустые каюты, куда позаботились положить для них матрацы, чтобы они могли отдохнуть за ночь.