Росвель объявил капитану Дагте, что его шхуна полна, а виньярдская шхуна загружена наполовину, и что теперь уже нельзя было надеяться пополнить ее груз, потому что нападение, сделанное Маси на тюленей, распугало животных, и они с каждым днем делались более дикими.
— Подумайте, как важно для нас не оставаться дольше под столь высокой широтой, — добавил в заключение Гарнер.
— Я понимаю вас, — спокойно отвечал Дагге, — вы хозяин вашей шхуны, и я уверен, что Пратт был бы очень счастлив, видя вас идущим между Шельтер-Айлендом и Ойстер-Пондом. Я же — калека; иначе виньярдская шхуна не медлила бы так долго.
— Вот что я сделаю, Дагге, — сказал Гарнер, — я останусь еще на двадцать дней и помогу вам дополнить ваш груз, после чего, что бы ни случилось, я отправлюсь.
Росвель сам понимал, что обещает Дагге более того, чем должен был обещать; чувство товарищества было в нем сильно, и он не хотел оставить другого в опасности и в затруднительном положении. Он хорошо знал, что помогал сопернику, и что Дагге, наверное, желал остаться около него, чтобы итти за ним до того берега, где было скрыто сокровище пиратов. Но Росвель уже решился остаться еще на двадцать дней и сделать все, от него зависящее, чтобы помочь виньярдскому экипажу.
Охоту за тюленями продолжали с большой выдержкой: следовали тем же правилам благоразумия, которым руководились при начале. Успех был тот же. Дагге был счастлив, когда Росвель рассказывал ему о том, как виньярдцы убили старого морского льва или слона, или пушистого тюленя.
Росвель радовался, видя приближающийся конец уступленных им двадцати дней.
Март был близок, и уже наступили длинные ночи; однако, виньярдская шхуна не была еще полна. Дагге не мог ходить без костылей. Росвель вечером последнего дня приказал перестать охотиться за тюленями и готовиться к отъезду.
— Вы решились, Гарнер? — сказал умоляющим голосом Дагге. — Еще бы неделю, и моя шхуна была бы полна.
— Ни одного дня более, — ответил Росвель. — Я уже слишком долго оставался здесь и отправлюсь нынешним утром. Если вы хотите следовать моему совету, капитан Дагге, то сделайте то же. Зима под этими широтами наступает почти так же, как у нас весна. Я вовсе не хочу итти на авось среди льдов, когда ночи будут длиннее дней.