Люди, даже наиболѣе уважавшіе архіепископа, не предполагали въ немъ такой твердости духа. Ансельмъ просилъ передать отвѣтъ свой королю, а самъ остался въ церкви и ждалъ его рѣшенія. Нѣсколько часовъ происходили совѣщанія въ королевскомъ дворцѣ и отличались необыкновеннымъ волненіемъ: всѣ чувствовали, что надо принять какое-нибудь окончательное рѣшеніе въ этомъ вопросѣ, но никто не предлагалъ его, или вѣрнѣе, никто не находилъ его въ своемъ умѣ. Епископъ доргемскій предложилъ своимъ товарищамъ прервать всякую духовную связь съ Ансельмомъ и предать его суду, но тутъ представлялось непреодолимое затрудненіе: по точному смыслу закона, архіепископъ кантерберійскій, какъ примасъ государства, подлежалъ только суду папы. Другіе говорили объ изгнаніи, но большая часть свѣтскихъ вельможъ, любившихъ Ансельма и втайнѣ можетъ быть довольныхъ происходившими смутами, сильно возстали противъ этого предложеніи и объявили, что оно имъ не нравится. "Что же вамъ нравится?" говорилъ король съ своимъ обычнымъ нетерпѣніемъ. "Не вы ли сами вовлекли меня въ это дѣло и хотите теперь оставить? Размышляйте скорѣе, скорѣе, и если онъ не будетъ осужденъ, какъ я хочу, то вы почувствуете силу моего гнѣва." "Сказать по правдѣ,-- возразилъ Робертъ Меланскій,-- я не знаю, что и подумать о нашихъ совѣщаніяхъ. Цѣлые дни и ночи проводили мы въ жаркихъ спорахъ, а онъ между прочимъ наслаждается покоемъ, и потомъ стоитъ ему только пошевелить губами, и всѣ наши доводы разрушаются какъ паутина." -- "Ну что же, повторялъ король, чѣмъ это кончится? Если нельзя его судить, не можете ли вы по крайней мѣрѣ отказать ему въ повиновеніи? оставленный вами, онъ раскается въ своихъ поступкахъ." За эту мысль схватились сначала съ большимъ жаромъ, но неизвѣстно почему она была вскорѣ оставлена. Было принято напротивъ рѣшеніе, поразившее Ансельма своею умѣренностію", положено было оставить все дѣло, какъ оно есть до праздника Пасхи, когда, по обѣщанію короля, важныя измѣненія должны были произойди! въ церковномъ устройствѣ. Никто не зналъ, въ чемъ они будутъ состоять, но многіе предчувствовали, что это лишь временное перемиріе, долженствовавшее повлечь за собою еще сильнѣйшія смуты и несогласія.
(Вторая и послѣдняя часть до слѣд. No ).
"Русскій Вестникъ", No 5, 1856