-- Это было бы лучше всего для Дирка! Лучше всего для Дирка! -- повторяла снова и снова Селина в последовавшие дни. Юлия Арнольд хотела непременно взять его в свой серый каменный дом, одеть, как лорда Фаунтлероя, и послать его в частную школу вместе с Евгенией и Полиной, ее детьми. Селина в первые часы их встречи была в смятении и чувствовала сильную усталость, и Юлия, как когда-то, двенадцать лет назад, после трагической смерти Симона Пика, сразу перешла в наступление и взяла на себя заботу о подруге. И на этот раз, как некогда, для этой цели был использован покорный раб своей единственной дочки, Огаст Гемпель, этот маг и волшебник, для которого все было возможно. Супруга же своего Юлия отстранила с ласковым пренебрежением.
-- Майкл хорош, -- заметила она в день их первой встречи с Селиной в разговоре с последней, -- когда ему скажешь, что именно надо сделать, и он непременно сделает. Но один только Па может что-нибудь придумать. Па -- как генерал а Майкл -- тот только капитан. Ну так вот -- Па будет за городом завтра, и я, вероятно, приеду с ним. У меня назначено собрание Комитета, но я могу его пропустить.
-- Ты говоришь, отец твой будет за городом? Где же это?
-- В ваших местах. На ферме.
-- Но что там для него интересного? У меня маленькая ферма, двадцать пять акров огорода, и половина этого участка почти круглый год под водой.
-- Уж Па найдет ему применение, не беспокойся. Он не любит много разговаривать, но он всегда думает о том, как устроить все получше.
-- Но это далеко. Мили, много миль, на окраине Верхней Прерии.
-- Ну, если ты проделала эти мили на твоих лошадях, Селина, то, я полагаю, одолеем их и мы с Па на его серых, которые брали рекорд -- милю в три минуты или три мили в минуту, не помню точно. Или в автомобиле, хотя Па терпеть не может автомобиль. Майкл -- единственный человек в нашей семье, который любит ездить на автомобиле.
Какая-то нелепая гордость поднялась в душе Селины.
-- Я не нуждаюсь в помощи. Право же не нуждаюсь, Юлия, дорогая. Это только сегодня так все неудачно. Никогда раньше так не бывало... нам хорошо жилось, Первусу и мне. Смерть Первуса была так неожиданна, и я растерялась. Страшно испугалась. Из-за Дирка. Мне хотелось, чтобы у него было все, что ему нужно. Чтоб его окружали прекрасные вещи. Мне хотелось, чтоб жизнь его была красива... Жизнь может быть так безобразна и бессмысленна, Юлия. Ты этого не знаешь. Не знаешь.