Лотти решительно отвернулась от матери и от шляпы. Голова миссис Пейсон высунулась из автомобиля. До Лотти донеслось что-то вроде: "Загар... цвет лица..." Она сделала вид, что не слышит. Полмили туда, полмили обратно. Она любила ходить пешком: это придавало ей бодрости, наполняло душу каким-то весельем, помогало переносить скуку остальных часов дня...
Вечером они часто ездили к Белле или опять катались в теплые летние ночи по парку.
Но в тот мартовский день, о котором идет речь в этой главе, Лотти пришлось появиться в "Кружке для чтения". Одна из читательниц вышла замуж и устраивала давно задуманный девичник для своих подруг. Ее заново отделанная квартирка в четыре комнаты ждала их авторитетной оценки. Силия Спрег десять лет была невестой и наконец в возрасте тридцати шести лет стала новобрачной.
-- Брось, пожалуйста, Лотти, -- сказала она ей по телефону, -- ты должна прийти во что бы то ни стало. Все наши будут. Ведь это моя первая вечеринка. О, конечно, для своих новых ученых друзей ты находишь время! Но на этот раз можешь и поскучать, ничего с тобой не сделается... Да неужели мама не может обойтись полдня без тебя? Господи Боже мой, ведь ты имеешь право распорядиться собой хоть когда-нибудь!
Лотти пришла. Пришла она вместе со своим вязаньем, подобно всем остальным членам кружка. Батистовые платочки, сорочки, вышивки ришелье и бисерные сумочки уступили место клубкам шерсти. "Кружок" вместе со всеми Соединенными Штатами наводнял Бельгию миллионами серых и цвета хаки свитеров, шарфов, носков, рукавиц, шлемов, набрюшников. Восхищаясь новыми апартаментами Силии Спрег-Хорнер, члены "Кружка" охали и ахали на все лады, но спицы их при этом прилежно двигались вверх и вниз, вверх и вниз, не останавливаясь ни на мгновение. Странно сказать, но Силия, бывшая до сего времени довольно блеклой и сухопарой тридцатишестилетней невестой, превратилась теперь вдруг в хорошо сохранившуюся и привлекательную молодую тридцатишестилетнюю даму. Какая-то уверенность появилась в ее движениях и манере говорить, в глазах блестел радостный огонек. Женщина, которую любят...
-- Это -- спальня: подумайте, какая прелесть -- в два окна! Солнце прямо заливает ее целый день. Вообще, все комнаты полны солнца -- даже кухня.
"Кружок" несколько нервозно то и дело посматривал на спальню. Силия Спрег так долго была его верным членом. И вдруг -- две небольшие кровати темно-красного дерева с шелковыми покрывалами...
-- Пожалуйста, кладите ваши вещи прямо на кровать. Покрывалам ничего не сделается. Все в этом доме сделано для того, чтобы им пользоваться.
На ближайшей к стене кровати возвышалась розовая горка подушек, покрытых кудрявой пеной тончайших вышивок и оборочек. Бесчисленные вечера в "Кружке" потратила Силия на это произведение искусства. Две щетки в массивной серебряной оправе красовались на солидном комоде. "Кружок" с улыбкой взирал на них. Силия открыла дверь гардероба; расхваливая его вместительность. Там выстроился целый полк брюк, тщательно развешенных на перекладинке дверцы. Кружок, шокированный, несколько отпрянул.
-- Костюмы Орвиля занимают гораздо больше места, чем мои. Я ему всегда это говорю. И так во всем. Никогда в жизни я не видела такого человека.