-- Бекки! Нет, не может быть! Бекки Шефер!..
-- Нет, нет, мама, успокойся! Бекки ни с кем не думала удирать. Генри только решил, что она убежит -- со временем.
Миссис Пейсон зажгла верхнюю люстру -- до сих пор они сидели в ласковом полумраке настольной лампы, -- знаком попросила Чарли подать ей вечернюю газету, валявшуюся у кресла Генри, и уселась в старинную качалку. Миссис Пейсон легонько покачивалась, качалка скрипела. Яркое освещение, шелест бумаги, скрип качалки... Тихий уют комнаты был нарушен.
-- Интересно знать: откуда взялась такая мысль? -- спросила миссис Пейсон, пробегая биржевую страницу. -- Хорошая семья. Приличное состояние. И Бекки хорошенькая девочка.
Одна и та же мысль промелькнула у всех. Все взглянули на Лотти, но не высказали этой мысли вслух. Тогда сама Лотти выразила ее словами:
-- Она не девочка, мама. Ей тридцать пять лет.
-- Что же, прекрасный возраст! -- Миссис Пейсон шумно перевернула страницу и углубилась в сообщения о продаже недвижимости. -- Если так будет продолжаться, не знаю, как смогут люди строиться. Цены на материалы совершенно недоступны. -- Снова шуршание бумаги и скрип кресла. -- У Бекки Шефер есть мать, которая о ней позаботится.
-- Вот именно поэтому, -- вдруг сказала тетя Шарлотта.
Лотти взглянула на нее. На секунду спицы приостановились.
-- Что поэтому? -- спросила миссис Пейсон. Тетя Шарлотта промолчала.