Дон Рафаэль поудобнее уселся в седле, натянул поводья и, дотронувшись до шляпы, направил своего коня в сторону от реки.
-- Позвольте, кабальеро, дать вам еще один добрый совет, -- более сердечным тоном проговорил индеец, почему-то почувствовав внезапную симпатию к молодому офицеру. -- Старайтесь ехать так, чтобы луна все время была у вас по левую руку, а ваша тень от луны -- по правую. У вас добрая лошадь, поэтому поезжайте как можно скорее и нигде не останавливайтесь, пока не доберетесь до гасиенды дона Мариано де Сильва. Если вам попадутся по дороге овраг, рытвина или кустарник, старайтесь переправиться через них прямиком, а не объезжайте этих небольших препятствий...
-- Судя по этому действительно доброму совету, за который я также весьма признателен, и по твоему серьезному виду, друг, меня ожидает на пути какая-то особенная опасность? -- догадался молодой офицер.
-- Да, -- подтвердил индеец, -- и даже очень большая. Не пройдет и часа, как весь этот край будет залит водой, несущейся сюда с быстротой урагана. Она снесет все, что встретит на своем пути; даже самые быстроногие звери будут не в состоянии спастись от страшного наводнения.
Дон Рафаэль еще раз поблагодарил индейца за это предупреждение и только хотел было пустить вскачь своего коня, как вдруг с содроганием вспомнил о своем бывшем спутнике, молодом студенте, оставшемся на пути в ожидании помощи. Он поспешил сообщить о нем индейцу.
-- Хорошо, кабальеро, -- ответил тот, -- мы постараемся отыскать его, если он еще жив, и проводим его до гасиенды. Вам же еще раз советую думать теперь только о собственном спасении. Если встретитесь с ягуарами, не бойтесь их. Постарайтесь сначала успокоить свою лошадь, а на них только погромче прикрикните, и они тотчас же удерут от вас. Человеческий голос имеет силу устрашать даже самых диких зверей. Белые люди этого не знают... Они вообще не знают многого, что хорошо известно нам, краснокожим. Я мог бы кое-что порассказать об этом, но теперь не время. Желаю вам благополучного пути, кабальеро!
Дон Рафаэль еще раз дотронулся рукой до полей своей шляпы и поскакал по указанному ему направлению.
-- Какой щедрый! Вот это настоящий господин! -- бросил ему вслед молчавший до сих пор негр, весело побрякивая в кармане полученными долларами. -- Разумеется, это не то, что дала бы нам сирена, а все же лучше, чем ничего, -- прибавил он со вздохом.
-- Да, славный кабальеро! -- подхватил и индеец, прислушиваясь к топоту быстро удалявшейся лошади. -- Было бы жаль, если бы с ним дорогой случилась какая-нибудь беда. Сначала мне было очень досадно за помеху нашему делу, но когда я увидал его и поговорил с ним, у меня отхлынула от сердца всякая досада, и я теперь, кроме добра, ничего не желаю ему. Вызовом же сирены мы можем заняться и завтрашней ночью. Я вспомнил, что сирену можно вызывать и звуками морской раковины, среди желтых волн наводнения, прямо с лодки...
-- А лодку-то ведь мы оставили внизу! -- воскликнул негр, внимательно прислушивавшийся к приятным для него словам своего спутника. -- Как же теперь нам быть, Косталь?