-- Помните уговор слушаться -- и снимайте. Червь! -- обратился он к Сидорычу, -- сходи-ка ко мне в спальню и под кроватью поищи валенки, а докторские сапоги и калоши отдай на кухню просушить. Проворней изгибайся! Ну, что ваш зуб? -- спросил он Гольца, когда все его распоряжения были исполнены.
-- Еще подергивает, но стал затихать.
-- Погодите и совсем пройдет. А я очень рад, что хоть этот и пустой случай завел вас в мою хату. Вы-то меня не знаете, а я вас давно знаю. Вы тут каждый день проходите перед моим окном к должности. Вот, думаю, гордый collega, чтоб этак зайти да перекинуться словечком. Как ни говорите, хоть и в разных местах учились, а все мы дети одной и той же науки.
-- Я сам завсегда очень рад, -- бормотал Гольц, которому, очевидно, было лестно попасть в коллеги к Богоявленскому. -- Ви позволяйте мене, -- обратился он к хозяину, -- малинька сигара закуривайть?
-- Сделайте одолжение, это в настоящем случае даже может быть вам полезно. А что зуб? -- спросил он Гольца немного погодя.
-- Совсем замолк, -- улыбаясь, отвечал Гольц.
-- Ну теперь вату-то вон и наливайте рюмочку. Рекомендую -- anticholericum.
-- Не рано ли будить?
-- А уговор? Червь! наливай и подавай лекарство.
Гольц выпил, и через минуту приятная теплота пробежала по телу.