-- Ха!.. Ха!.. Ха!.. -- засмеялся он. -- Встань. Ты уморишь меня! А! Ты славный малый, Луи! Это очень забавно! Я никогда так не забавлялся.
Кастельмелор повиновался и, откинув назад волосы, открыл свое смеющееся лицо.
-- Почему ты не всегда так любезен, граф? -- радовался Альфонс. -- Сегодня я не променял бы тебя на две пары болонок!
-- Это потому, что я сегодня очень весел, -- отвечал Кастельмелор, -- я нашел средство навсегда избавить ваше величество от всяких забот, связанных с вашим верховным саном.
Кастельмелор чувствовал, что краснеет, произнося эти слова, которым его хищнические планы придавали коварное значение. Но Альфонс ничего не заметил, пораженный мыслью никогда не заниматься больше ничем, что имело бы хоть тень серьезного дела.
-- Какое же средство?! -- воскликнул он. -- Говори нам скорее твое средство, граф, и я дам тебе все, что ты захочешь, если только есть на этом свете что-нибудь, чего ты еще можешь хотеть.
-- Я ничего не хочу, ваше величество. Долго было бы объяснять, в чем состоит мое средство; но покажу его примером. Вы не любите подписывать бумаги...
-- О! Нет! Нет!
-- Я заказал штемпель, представляющий подпись вашего величества.
-- Превосходно, граф! И ты больше не будешь заставлять меня подписывать эти мерзкие пергаменты?..