До сих пор Клара страшилась смерти только за Анну, но теперь присоединилось собственное отчаяние, что увеличило ее и без того сильные страдания. Теперь место любви к сестре заступила любовь к незнакомцу, любовь молодая, пылкая. К нему теперь направились все ее мысли, она рыдала, пронзительный крик вырвался из глубины души молодой девушки.
Анна между тем продолжала улыбаться, уста ее едва внятно шептали слова любви и счастья. Услышав крик молодой девушки, мистрисс Груфф; стоявшая все время у двери, испугалась, чтобы вопли Клары не достигли ушей лорда. Поэтому поспешно сбежав с лестницы и остановившись на пороге, она сделала знак мужу, который быстро подошел к ней.
-- Возьми скрипку, -- сказала она шепотом.
-- Скрипку, мой дружок? -- спросил с изумлением мистер Груфф.
-- Молчи! Бери скрипку, сказано тебе.
Со второго этажа послышался жалобный вопль. Мистер Груфф смекнул в чем дело, схватил запыленную скрипку, висевшую на стене и провел смычком по струнам.
-- Мне послышался крик, -- сказал Энджус Мак-Ферлэн, которого внезапный шум вывел из размышлений.
-- Еще минуточку подождите, -- отвечала хозяйка, -- через пять минут комната ваша будет готова.
И резкие, фальшивые звуки скрипки заглушили последний вопль несчастной Клары. Неодолимый сон сковывал ее члены.
-- Эдуард! -- шептали ее уста. -- Эдуард! Я люблю тебя! О! Ты даже не будешь знать, что я умираю, любя тебя!