Она, древняя Аріадна, не подумала, чего бы стоило ей, въ подобномъ обстоятельствѣ, отсутствіе кота Мине!..
Дилижансы изъ улицы Нотр-Дам-де-Виктуаръ и Сент-Оноре съѣхались, по обыкновенію, за четверть версты отъ заставы, и укротивъ блестящій галопъ, подъ которымъ изнывала мостовая Парижа, поѣхали спокойно тихой рысцой, одинъ за другимъ.
Казалось, лошади, кондукторы и ямщики спокойно и терпѣливо наслаждались медленной ѣздой.
Дилижансъ Лафитта и Кальяра, гдѣ былъ Гансъ Дорнъ съ своими друзьями, ѣхалъ впереди; во стѣ шагахъ за нимъ королевскій дилижансъ съ г-жею Батальёръ, ея фаворитомъ и запасной корзинкой.
Отъ времени-до-времени, почтовыя кареты безъ труда перегоняли тяжелый поѣздъ.
Смеркалось; путешественники были въ четырехъ или пяти льё отъ Парижа. Вдругъ, по правую сторону поѣзда, вихремъ пронеслась послѣдняя почтовая карета.
Отъ покрытыхъ пѣною лошадей летѣлъ паръ; колеса катились съ непостижимою быстротой, какъ паровозъ, пущенный полнымъ ходомъ.
Пассажиры послѣдняго дилижанса едва замѣтили, какъ карета мелькнула предъ ними въ облакѣ пыли. Но имъ показалось въ ней странное что-то; сторы были герметически опущены и, кромѣ ямщика, нагнувшагося впередъ и хлыставшаго лошадей, никого не было видно.
Поравнявшись съ вторымъ дилижансомъ, карета незамѣтно уменьшила быстроту; красная стора поднялась, и въ окнѣ показалась рука, сдѣлавшая какой-то знакъ.
Германъ и сидѣвшіе на имперіалѣ Нѣмцы вскрикнули въ одинъ голосъ.