-- Бѣдная Евва, продолжалъ онъ:-- я сказалъ ей: до завтра! Но дни наши сочтены; надо было ѣхать, и я уже никогда не увижу ее!
-- Э! полно! вскричалъ Гётцъ: -- выпей стаканъ, братъ!.. кто знаетъ, что ждетъ насъ въ будущемъ?.. Чрезъ недѣлю, правда, мы будемъ сидѣть подъ запорами; да вѣдь только съ того свѣта нѣтъ выхода!
Альбертъ отказался отъ вина; Гётцъ выпилъ за него.
-- А ты, Отто, сказалъ онъ: -- когда другіе работаютъ, ты не любишь сидѣть безъ дѣла... Что съ тобою было?
-- Пока вы разъигрывали мою роль въ Лондонѣ и Голландіи, отвѣчалъ Отто:-- я разъигрывалъ немножко ваши роли въ Парижѣ... ходилъ въ игорный домъ въ улицу Пруверъ, Гётцъ, и явился на свиданіе къ твоей чаровницѣ, Альбертъ.
-- Въ-самомъ-дѣлѣ?.. разомъ спросили братья.
-- Именно. Сверхъ-того, получилъ сто-тридцать тысячъ франковъ по векселю съ тампльскаго тряпичника... какъ только могъ, сторожилъ нашего Гюнтера... и дай Богъ никому не передавать впередъ этой обязанности.
"Вы уже знаете, какъ я сдѣлался съ тремя гельдбергскими коипаньйонами, и потому разскажу только о свиданіи съ альбертовой возлюбленной, которая заплатила мнѣ за визитъ сто-тысячь экю на поддержку дома...
-- Чортъ возьми! сказалъ Альбертъ:-- я и не подозрѣвалъ, что около меня такія сокровища!
-- Это Сара, о которой мы недавно говорили, сказалъ Отто.