Живая лѣстница.
Обыкновенно-пустынная дорога отъ Обернбурга къ замку Блутгауптъ оживилась въ этотъ вечеръ.
По ней катились всѣ возможные экипажи, отъ парижской коляски до древней колесницы. Нѣсколько почтенныхъ обернбургскихъ гражданъ ѣхали верхами на рабочихъ лошадяхъ, вмѣстѣ съ своими подругами.
Тамъ-и-сямъ встрѣчались торопливо-шедшія толпы крестьянъ.
И все это тянулось по одному направленію къ старому замку Блутгауптъ.
Недѣли двѣ уже, какъ эта сторона пришла въ лихорадочное состояніе. Скромный Обернбургъ, гдѣ недавно еще каждый проѣзжій производилъ эффектъ, теперь былъ наполненъ гостями и не зналъ, какъ размѣстить ихъ. Тоже было и во всѣхъ сосѣднихъ, съ замкомъ городкахъ и деревняхъ.
На гельдбергскій праздникъ было приглашено, какъ мы сказали, два рода посѣтителей: гости перваго класса помѣщались въ замкѣ; прочіе искали убѣжища гдѣ могли, и то была истинная благодать для края, -- такая благодать, что граждане Эссельбаха цѣлую недѣлю искали минеральнаго и желѣзнаго источника, который бы каждый годъ привлекалъ къ нимъ милые кошельки посѣтителей.
И, дѣло совсѣмъ не такое трудное. Найдется у кого грязный колодезь, можно сказать, что онъ какъ рукой снимаетъ ревмативцы, и радикально исцѣляетъ желудочныя болѣзни.
Нельзя обойдтись только безъ рулетки, общей залы и объявленій въ французскихъ журналахъ.
Весь этотъ людъ, шедшій и ѣхавшій, толковалъ объ одномъ. Только и слышно было: "Гельдбергъ! Гельдбергъ!" только и говорили, что о предстоявшемъ фейерверкѣ подъ стѣнами замка.