-- Германія имѣетъ своихъ выходцевъ съ того свѣта, отвѣчалъ онъ:-- Англія своихъ лошадей, Страсбургъ -- пироги, Бордо -- свое вино, Пекинъ -- свой фарфоръ; но Парижъ, прибавилъ онъ съ важнымъ удареніемъ: -- Парижъ имѣетъ своихъ прекрасныхъ женщинъ!..
-- Я бы желалъ быть поэтомъ, декламировалъ, между-тѣмъ, Мирелюнъ, нѣжно сжимая руку Атенаизы Шокаръ:-- и такъ-какъ этотъ сюжетъ вамъ нравится, то я написалъ бы для васъ однихъ балладу.
Щеки Атенаизы сдѣлались багровѣе мантіи красныхъ людей.
-- Если мы ихъ увидимъ!.. прошептала она, дрожа всѣмъ тѣломъ:-- о! какъ я испугаюсь!
-- Чтобъ подойдти къ вамъ, сударыня, сказалъ отважный Мирелюнъ:-- они должны будутъ перейдти черезъ мой трупъ!..
-- Наконецъ, скажите же, говорила дородная супруга значительнаго торговца:-- такіе ли же они люди, какъ вы и я, господинъ Амабль?
-- И да и нѣтъ, отвѣчалъ Фисель:-- впрочемъ, все это не ново... Я могу вамъ указать на многія сочиненія... Я, который говорю съ вами, я самъ представилъ на театрѣ Комической-Оперы, когда онъ былъ тамъ, гдѣ теперь биржа, большое сочиненіе въ трехъ дѣйствіяхъ...
-- Но, наконецъ, вы вѣрите этому, вы?
-- Пфе! это удается и не удается, сказалъ водевилистъ:-- Фантастическое истерлось!.. Нужны бѣдствія и слезы... публика становится все черствѣе и черствѣе.
-- Все равно, сказала толстая дама:-- а я бы дорого дала, чтобъ увидѣть это.