-- Стряпается, отвѣчалъ онъ: -- если черезъ два часа оно не будетъ готово, такъ я позволю прогнать себя!
Гюнтеръ улыбнулся и опять закрылъ глаза, но Цахеусъ дернулъ его съ другой стороны:
-- Ваше сіятельство, сказалъ онъ ему:-- напрасно вы заботитесь объ одномъ только золотѣ... Вставаите-ка поскорѣе, да полюбуйтесь на своего наслѣдника!
Гюнтеръ скоро всталъ; но дыханіе замерло въ груди его, онъ захрипѣлъ... глаза его закрылись.
-- О!.. произнесъ онъ, опустившись обратно въ кресло: -- золото и сынъ!.. О, я умру отъ радости!
Дрожащею рукою схватилъ онъ золотой бокалъ и продолжалъ едва-слышнымъ голосомъ:
-- Я очень слабъ!.. Никогда еще я не былъ такъ слабъ!.. Застывшая кровь останавливается въ моихъ жилахъ... Жизни, докторъ! жизни!.. Когда я долго не пью вашего эликсира, смерть быстрыми шагами приближается ко мнѣ...
Онъ протянулъ къ доктору бокалъ.
-- Налейте его сіятельству эликсиру, мейнгеръ фан-Прэтъ, отвѣчалъ докторъ:-- я не могу отойдти отъ ея сіятельства.
Голландецъ налилъ въ бокалъ двойную порцію напитка, приготовленнаго докторомъ.