Управляющій также посмотрѣлъ на графиню, покачалъ головой и насупилъ брови.
-- Какъ горничная Маргариты, она должна остаться здѣсь, проговорилъ онъ.-- Если мы отошлемъ ее въ такую минуту, такъ всполошимъ всю дворню!
-- Пусть остается, сказалъ фан-Прэтъ: -- она намъ еще не мѣшаетъ... а если помѣшаетъ!..
Онъ не договорилъ, но пріятели его давно уже привыкли понимать значеніе добродушной улыбки его.
Молодая дѣвушка прижалась въ амбразуру окна и по лицамъ ихъ старалась угадать, о чемъ они говорили. Сердце ея почти перестало биться, неопредѣленно, неясно предчувствуя великую бѣду.
Хозе-Мира подошелъ къ кровати графини и счелъ, наконецъ, за нужное приступить къ дѣлу. Осмотрѣвъ больную, онъ быстро обратился къ своимъ сообщникамъ и сказалъ:
-- Разбудите графа!
Фан-Прэтъ слегка толкнулъ старика. Графъ вполовину открылъ глаза.
-- Мнѣ холодно! проговорилъ онъ:-- а! это вы, Фабрицій!.. ну, что?.. есть золото?..
Голландецъ радостно мигнулъ глазами.