-- Да, сударыня.
-- Ну, докторъ, продолжала Сара незамѣтно-измѣнившимся голосомъ: -- со мною вы можете быть откровенны... Бѣдной матери нельзя всего говорить... Но я...
Она остановилась и продолжала съ усиліемъ, которое, впрочемъ, трудно было замѣтить:
-- Я, вѣдь, не мать: отъ меня нечего скрывать.
-- Зачѣмъ же бы мнѣ и скрывать отъ васъ? отвѣчалъ Сольнье, ничего не подозрѣвая.
-- Безъ-сомнѣнія... сказала Малютка, притворяясь хладнокровною.-- Это до меня не касается; я только принимаю участіе въ этой несчастной женщинѣ.
-- У васъ, сударыня, превосходное сердце!..
-- Что вы думаете о малюткѣ?
Сольнье покачалъ головою; Сара готова была потерять надъ собою власть. Она ждала приговора на жизнь или смерть для себя.
-- Я опечалю васъ, сударыня, продолжалъ докторъ: -- потому-что вы принимаете участіе въ матери... бѣдный ребенокъ чахнетъ отъ грудной болѣзни.