-- Мосьё Рейнгольдъ! закричала она.
Красный человѣкъ какъ-будто изумился. Но не успѣлъ еще никто замѣтить этого, какъ онъ снова принялъ свою гордую, твердую позу.
На зовъ виконтессы подошли Рейнгольдъ и Мира. Всѣ, слышавшіе этотъ зовъ, въ которомъ было что-то трагическое, съ любопытствомъ приблизились и окружили незнакомца.
По странному стеченію обстоятельствъ, то же самое повторилось еще въ двухъ мѣстахъ залы.
Собрался кружокъ около перваго краснаго человѣка, котораго Францъ безъ околичностей схватилъ за воротъ; окружили и втораго краснаго человѣка, которому Жюльенъ д'Одмеръ громко и внятно сказалъ:
-- Вы лжете!..
Вдругъ три такія интересныя сцены -- истинно-драматическія, а между-тѣмъ, безъ несносныхъ сценическихъ кинжаловъ!
Разговоръ Франца съ его собесѣдникомъ продолжался своимъ чередомъ до той минуты, когда послѣдній сказалъ нѣсколько словъ, изъ которыхъ видно было, что онъ зналъ таинственную судьбу юноши.
Воображеніе Франца вспыхнуло, какъ фитиль. Его фантастическія воспоминанія послѣднихъ дней въ Парижѣ, его безумныя надежды, желанія, опасенія, мечты,-- все разомъ проснулось въ головѣ его.
-- Я хочу знать!.. сказалъ онъ.