-- Жаль, что вы не видали его, проговорилъ онъ.-- Это было точно видѣніе!.. Я думалъ, что она сама предо мною!..
Онъ замолчалъ. Собесѣдники слушали его, разинувъ рты. Іоганнъ смотрѣлъ на него изъ-подлобья.
Окно, выходившее на Колодезную-Улицу, было завѣшано кускомъ клѣтчатаго холста. Тугія складки этихъ занавѣсокъ падали косвенно, оставляя съ каждой стороны незакрытыми два уголка окна.
Германнъ сидѣлъ противъ самаго окна.
Въ то самое мгновеніе, когда Гансъ Дорнъ хотѣлъ говорить, бывшій фермеръ вздрогнулъ и указалъ пальцемъ на окно.
Всѣ глаза обратились въ ту сторону.
Къ самому стеклу было приложено блѣдное лицо, тотчасъ же удалившееся и исчезнувшее во мракѣ.
Гансъ вздрогнулъ и страшно вскрикнулъ:
-- Еще!.. еще одно видѣніе!..
-- Чортъ возьми! сердито закричалъ Іоганнъ: -- я проучу твое видѣніе, сосѣдъ!.. Я покажу ему, каково подглядывать за честными людьми... Задерни занавѣски, Фрицъ, я сейчасъ вернусь.