Дамы остались однѣ. Сара понимала, въ чемъ дѣло; Эсѳирь была крайне изумлена. Едва успѣла она открыть ротъ, чтобъ просить сестру объяснить ей странное поведеніе молодыхъ людей, какъ на порогѣ, въ открытой двери, показалась фигура Армянина.
Онъ сдѣлалъ три восточные поклона и медленно удалился.
-- Баронъ Фон-Родахъ!.. вскричали обѣ сестры въ одинъ голосъ. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Незнакомецъ, сторожившій на бульварѣ, передъ кафе, былъ все еще на своемъ мѣстѣ. Онъ удалялся только на минуту за каретой, которая и стояла теперь передъ Англійской-Кофейной.
Онъ переговорилъ о чемъ-то съ кучеромъ. Послѣдній мигнулъ глазомъ въ знакъ того, что понялъ, въ чемъ дѣло, улыбнулся и получилъ два луидора.
Вышедъ изъ Англійской-Кофейной, Францъ увидѣлъ карету и, не справляясь о цѣнѣ, вскочилъ въ нее вмѣстѣ съ Жюльеномъ д'Одмеромъ, съ сожалѣніемъ оглядывавшимся назадъ.
-- Въ Булоньскій-Лѣсъ, къ заставѣ Мальйо! вскричалъ Францъ.-- Скачи во весь галопъ!
Обыкновенно извощики не отличаются ни живостію, ни повиновеніемъ, но этотъ былъ самый лѣнивый, неповоротливый изъ всѣхъ парижскихъ извощиковъ. Методически снялъ онъ мѣшки съ овсомъ, висѣвшіе на мордахъ его клячь; осмотрѣлъ постромки, поправилъ упряжь и двѣ добрыя минуты напяливалъ свой каррикъ со множествомъ воротниковъ въ рукава.
-- Пошелъ же! кричалъ Францъ: -- пошелъ!..
Лейтенантъ меланхолически смотрѣлъ на закрытыя окна кофейной...