-- Ахъ, г. кавалеръ! сказалъ Родахъ съ прежнею холодностью: -- я не узнаю васъ въ этомъ поступкѣ!
-- Конечно, возразилъ Рейнгольдъ, стараясь въ самомъ дѣлѣ извиниться:-- я самъ не знаю, какъ это со мною случилось. Но, повторяю вамъ, бываютъ случаи, когда и умнѣйшіе люди не знаютъ, что дѣлаютъ... Впрочемъ, можетъ-быть, это послужило и къ лучшему?.. Еслибъ ребенокъ совершенно исчезъ у насъ изъ вида, такъ какой-нибудь злой случай могъ бы столкнуть его съ побочными сыновьями, между-тѣмъ, какъ теперь...
-- Правда, сказалъ Родахъ: -- нѣтъ худа безъ добра... Но какъ же вы узнали, что это онъ!
-- О! мы узнали это нескоро... Въ конторѣ у насъ всѣ были чрезвычайно-довольны имъ; онъ исполнялъ свои дѣла прекрасно, и я самъ невольно къ нему привязался. Но я всегда былъ счастливъ, и изъ десяти ошибокъ, которыя дѣлаю, случай или судьба непремѣнно поправитъ девять... Представьте себѣ, что нашъ молодецъ влюбился -- и въ кого же? Въ молодую дѣвушку, на которой я самъ собираюсь жениться!
-- Въ дочь виконтессы д'Одмеръ? съ живостью спросилъ Родахъ.
-- А вы почему знаете? спросилъ кавалеръ.-- Да, именно... Онъ влюбился въ мамзель д'Одмеръ... Мнѣ кажется, прости Господи! что и она, глупенькая, была неравнодушна къ нему. Это было опасно... Очень-понятно, что я ничего не сказалъ виконтессѣ, которая такъ проста, что готова была бы взять молодыхъ людей за руки и благословить ихъ на законный бракъ... Я рѣшился лучше дѣйствовать на самого Франца, т. е. выслать его изъ Парижа и помѣстить къ одному изъ нашихъ пріятелей, фан-Прэту или Яносу.
"Однажды вечеромъ, я пошелъ къ нему въ маленькую квартирку, которую онъ занималъ въ Анжуйской-Улицѣ. Его не было еще дома. Однакожь, привратница впустила меня къ нему.
"Нашъ молодчикъ былъ порядочный игрокъ и расточитель, а потому квартирка его имѣла весьма-жалкую мёблировку. Я сѣлъ, чтобъ подождать его и отъ скуки, безъ всякаго дурнаго намѣренія, принялся разсматривать бѣдное убранство комнатки.
"Вдругъ взоръ мой остановился на медальйонѣ, величиною въ пяти-франковую монету, висѣвшемъ на стѣнкѣ надъ его кроватью.
"Въ этомъ медальйонѣ былъ портретъ. Мнѣ сначала показалось, что это портретъ Денизы д'Одмеръ.