Кавалеръ съ трудомъ говорилъ; лицо его побагровѣло.
-- Какъ! вскричалъ баронъ: -- вашъ удалецъ раненъ мальчишкой?..
Рейнгольдъ съ бѣшенствомъ смялъ письмо.
-- Чортъ его знаетъ! онъ разсказываетъ мнѣ цѣлый романъ... Негодяй!.. Кто бы могъ этого ожидать!..
-- Но, наконецъ, что жь онъ говоритъ? спросилъ Хозе-Мира.
Вмѣсто отвѣта, Рейнгольдъ швырнулъ письмо въ каминъ, но попалъ имъ въ стѣну и измятая бумага, отскочивъ, упала къ ногамъ барона.
Послѣдній наклонился и очень-равнодушно поднялъ письмо.
-- Можно мнѣ прочесть?.. или сжечь? спросилъ онъ.
-- Дѣлайте, что хотите!.. возразилъ Рейнгольдъ, пожавъ плечами: -- мерзавецъ!..
Родахъ выправилъ бумагу и сталъ читать вслухъ: