Эсѳирь была женщина слабая умомъ и увлеченная преобладавшимъ въ ней чувственнымъ элементомъ. Малютка хотѣла, чтобъ она была еще хуже: она желала передѣлать ее на свой образецъ; ей казалось, что паденіе сестры уменьшитъ собственное ея паденіе, и ей на долю останется только половина позора.
Или, лучше сказать, она стремилась ко злу по наклонности, по страсти; она старалась вредить съ тѣмъ же усердіемъ, съ какимъ другіе дѣлаютъ добро. Ничто не останавливало ея...
Даже въ эту минуту, какъ нечаянное, неожиданное извѣстіе поразило ее въ самое сердце, она не забыла начатаго искушенія.
-- Письмо доктора! проворчала она, толкнувъ въ огонь послѣдній догоравшій лоскутокъ бумаги.-- Я дала ему порученіе, и онъ не съумѣлъ его исполнить.
Она взяла руку графини и стала гладить ее.
-- Такъ-какъ это будетъ въ первый разъ, продолжала она:-- то мы пріймемъ всевозможныя предосторожности... сама Батальёръ не будетъ ничего знать... Мы пройдемъ въ ложу и не выйдемъ оттуда... Ты увидишь, съ какимъ любопытствомъ подымутся все головы, когда услышатъ шумъ за решеткой... "Принцесса, принцесса!" заговорятъ всѣ... Одинъ Англичанинъ предлагалъ пятьсотъ гиней мадамъ Батальёръ за то, чтобъ она позволила ему приподнять только одинъ уголъ занавѣски...
Сара остановилась, потомъ продолжала тихимъ голосомъ:
-- Пойдешь ты со мною?
-- Ты демонъ, Сара! проговорила Эсѳирь.
Малютка засмѣялась, поцаловала сестру и сказала: