Минуту спустя, Ліа стала читать вслухъ.
Игорный столъ былъ поставленъ, но вмѣсто того, чтобъ приняться за партію трик-трака, Мира и Рейнгольдъ должны были повиноваться знаку Сары, звавшей ихъ въ амбразуру окна.
Эсѳирь и мосьё Авель сидѣли у камина. Имъ не о чемъ было говорить, и они братски, симпатически скучали, зѣвая наперерывъ другъ передъ другомъ.
-- Что онъ вамъ сказалъ?.. спросила Малютка компаньйоновъ.
-- Сударыня, отвѣчалъ Рейнгольдъ: -- старикъ нашъ, по моему мнѣнію, сильно клонится къ ребячеству!.. Онъ вообразилъ, что имѣетъ сообщить намъ ничто чрезвычайно-важное, и подозвалъ насъ; но когда мы усѣлись возлѣ него, онъ забылъ, о чемъ хотѣлъ говорить, или, лучше сказать, вспомнилъ, что ему не о чемъ говорить.
-- Правда ли? спросила Малютка, обратившись къ Хозе-Мира.
Рейнгольдъ поклонился, пріятно улыбаясь за доказательство полнаго и совершеннаго къ нему довѣрія.
-- Правда, отвѣчалъ Мира холодно.
Малютка указала ему на стулъ, за которымъ онъ немедленно отправился. Малютка сѣла; кавалеръ и докторъ стояли передъ нею.
Они начали говорить шопотомъ...