Безчисленное множество репетицій совершенно пріучили всѣхъ къ этой перемѣнѣ декорацій; для нея, на-самомъ-дѣлѣ, было нужно ни болѣе, ни менѣе четверти минуты.
Впрочемъ, мы уже сказали, что всѣ эти мудрыя предосторожности были до-сихъ-поръ безполезны. Полиція ни разу еще носу не показывала въ домъ баронессы Сен-Рошъ.,
Въ настоящій вечеръ, игра шла какъ-нельзя-лучше; игроки все больше тѣснились около стола. Золото сыпалось, лилось и переливалось; шелковистые, прозрачные и мягкіе листочки банковыхъ ассигнацій тамъ-и-сямъ лоснились при огнѣ. Форточка ложи еще не открывалась; принцесса, вѣроятно, еще не пріѣхала.
Баронесса Сен-Рошъ, во всемъ блескѣ своего убранства, предсѣдала съ истиннымъ величіемъ. Человѣкъ, метавшій карты, бывшій прежде въ долѣ у Фраскати, исполнялъ свою должность какъ виртуозъ, и однимъ взглядомъ окидывалъ всѣ ставки.
Около стола не было недостатка въ странныхъ лицахъ. Демонъ игры одушевлялъ всѣхъ своимъ дыханіемъ то безобразно-смѣшнымъ, то ужаснымъ. Одни бросали горстями, съ какимъ-то безумнымъ мужествомъ, луидоры; другіе робко ставили скромный пятифранковый экю; третьи, благоразумные, только издали слѣдили за игрой и прилежно отмѣчали на картахъ свои воображаемые выигрыши. Подобныя лица очень-хорошо знакомы всякому, кто хоть разъ былъ въ игорномъ домѣ. Это важные, угрюмые сумасброды, истые философы, упрямыя головы, которыя грезятъ о невозможномъ, строятъ фантастическіе выводы, хотятъ даже остановить самое движеніе. Въ золотыя времена Пале-Руаяля ихъ бывало много; и они-таки выигрывали франковъ по десяти въ вечеръ. Теперь они, несчастные, въ упадкѣ; прозябаютъ въ ожиданіи великаго реформатора, который возстановитъ рулетку.
Изъ всей этой внимательной, жадной толпы, кромѣ баронессы Сен-Рошъ, намъ знакомы еще два лица: водевилистъ Амабль Фисель, авторъ Бутылки Шампанскаго, и Пиладъ его, графъ Миремонъ, пришли сюда убить, по-обыкновенію, время и занять чѣмъ-нибудь свое скучное бездѣлье.
Ни тотъ, ни другой изъ нихъ не былъ игрокомъ; но погода была холодная, и притомъ надо же что-нибудь дѣлать. Они стояли, взявшись, по-обыкновенію, подъ руки, въ заднемъ ряду, съ лорнетами въ глазахъ.
-- Вотъ какъ, говорилъ Фисель:-- и вы получили посланіе изъ дома Гельдберга?
-- Посланіе съ нарочнымъ.
-- А о чемъ оно?